Eduard Markovich (luckyed) wrote,
Eduard Markovich
luckyed

Category:

По следам 9-го Зимнего. Маркус Штокхаузен - Михаил Дынкин. Случайные встречи.

Дамы и господа!
Как совместить несовместимое? Даже не жанры разные, а миры, плывущие в пространствах тайными орбитами.
Какова сила ощущений, если миры эти внезапно совмещаются в подсознании и дарят множественность переживаний и единый катарсис.
Ноосфера загадочней и непредсказуемей любых других "сфер".
О чём я? О лучшем концерте 9-го Международного джазового фестиваля на Красном море? Да, безусловно. Фотографии теснятся на выходе и музыка волнами.
А может быть о полюбившемся и с тех пор любимом поэте? Настоящем, что большая редкость в наши прозаические времена?
Несомненно. Книга Михаила Дынкина лежит на моём столе, и каждое утро я читаю и перечитываю какие-то строчки. Перед сном опаснее.
Но начнём всё-таки с концерта.
15-го февраля сего года на Эйлатском фестивале мы слушали "музыку свободы" квартета  "QUADRIVIUM" немецкого трубача и композитора Маркуса Штокхаузена.


Markus Stockhausen Trumpet, Flugelhorn, Electronics
Jörg Brinkmann Cello, Electronics
Angelo Comisso Piano
Christian Thomé Drums, Electronics
       



 
Маркус рассказывал об отце, композиторе Карлхайнце Штокхаузене, радикале, революционере, гении, перевернувшем музыку 20-го века и убеждённом, что музыку не пишут. Это вообще невозможно. Её диктуют сверху. А сам Маркус, 25 лет игравший с отцом, признался, что перед выступлением ему необходимо очистить тело от всего лишнего и наполнить звуками. Тело - музыкальный инструмент...
Или не рассказывал, не признавался, а играл, и говорила сама музыка? В "сумеречных зонах" подсознания трудно распознать реальность в звучащих потоках. А квартету "QUADRIVIUM" было, что сказать. Даже название это - средневековый термин, относящийся к четырем свободным искусствам - арифметике, геометрии, астрономии и музыке.
     




На этот раз я взял с собой в Эйлат стихи. Решил, что формат идеально впишется в короткие "перечитки" между концертами.
Сборник, подаренный Дынкиным, назывался музыкально - "Метроном".
Вписался. Сначала читал про себя, потом взахлёб вслух Маринке, и она не возражала, хотя стихи предпочитает читать сама.
После не мог оторваться. Уже убегая на концерт, позвонил, чтобы выплеснуть накопившееся, но Миша не ответил.
         
Слушал музыку в "золотом сне" и вспоминал стихи.
То ли Штокхаузен играл Дынкина, то ли Дынкин читал Штокхаузена.
В моей голове это случилось или чуть выше. Не знаю. На волне музыки позвонил Дынкин.
Но теперь не мог ответить я.





Космос. Тускло-яркое мерцание острых звуков. Вселенная, законспектированная нотами.

 
Интересное позднейшее наблюдение. Поэзия Штокхаузена и музыка Дынкина (не запутался в терминологии) - миры абсолютно разные. Но в моём подсознании они встретились и подарили тот самый вечно ожидаемый "катарсис".
   




Прохладное эйлатское постконцертное утро. Мы с Маринкой гуляем по набережной, разглядываем несуетливых рыб. Звоним Дынкину. Он отвечает. Беседуем о стихах, вчерашнем концерте, тайных и явных связях, закономерностях случайностей. Как располагаются пути поэзии и музыки на картах мироздания. Мише виднее, он картограф.
"Ничего удивительного", - говорит он. "Вся моя жизнь полна совпадений. Я был в Эйлате в апреле и жил в той же гостинице, что вы сейчас. Было прохладно и даже шёл первый на моей памяти эйлатский дождь".
В это самое мгновенье из ясного эйлатского неба "пузырями по воде" хлынул неожиданный ливень.
       
КЕНТАВР (Из сборника 2018-го года "Метроном")
По столице лапифов проводят пленённых кентавров.
Высыпает на улицы праздная чернь, и летят
в человекоконей помидоры. Грохочут литавры.
И орлы на знамёнах сжимают в железных когтях
черепа лошадиные. Едет в своей колеснице
генерал-триумфатор, сверкает брони чешуя.
Это снится тебе, потому что не может не сниться.
Это старый позор заползает тебе под ресницы.
И хохочет сапожник, и корчит гримасы швея.
А проснёшься – гремят проржавевшие толстые цепи,
и течёт с потолка, и бежит по лицу таракан.
Никогда не вернуться тебе в материнские степи,
по которым табун твой, травы не касаясь, скакал.
Но и это лишь сон, ибо нет на Земле ни лапифов,
ни кентавров, а только сновидец, который нигде;
только выдох и вдох над густой паутиною мифов,
пузыри на воде, только лишь пузыри на воде.


Читайте Дынкина, слушайте Штокхаузена.
И приезжайте на джазовые фестивали.
Только в таких, ускользающих из реальности местах, возможны чудеса, дамы и господа.
Tags: jazz, photo, red sea jazz festival, Маркус Штокхаузен, Михаил Дынкин, джаз, поэзия, фотографии
Subscribe

Posts from This Journal “jazz” Tag

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments